В канун Рождества в Париже по приглашению княгини Прасковьи Владимировны Трубецкой и ее дочери Катерины Вонсен, владелицы фотоагентства «Синий мост», побывала студентка хабаровского худграфа Виктория Пассар
В рамках презентации туристических возможностей Хабаровского края в столице Франции прошли мастер-класс Виктории и презентация работ дальневосточных мастеров.
Французы, удивленные и очарованные, уже были знакомы и с искусством семьи Пассар, и с самой семьей - выставку работ Людмилы Пассар по мотивам сикачи-алянских петроглифов «В стране трех солнц», которую в 2000 году представлял комсомольский художественный музей, французским гостям показывала Виктория.
Тогда же Катерина Вонсен и предложила организовать подобную выставку в Париже.
«I’M MADE IN RUSSIA. I’M NANI»
«Из Хабаровска мы улетали, когда на Дальнем Востоке уже лежал снег. Шутка ли - 27 ноября, почти зима. Москва, правда, встретила нашу делегацию дождем, ну а в самом Париже в это время уходило бабье лето: плюс пятнадцать и теплое осеннее солнце. Правда, чувствовалось приближение Нового года - повсюду предрождественская суматоха, елки в искусственном снегу…
По дороге из аэропорта «Шарль де Голль» проезжали мимо блошиного рынка, огромного такого сэконд-хэнда, где одевается, пожалуй, пол-Парижа. Ведь столица Франции - это не только сами французы - признанные модники, но и целые национальные пригороды - арабов, негров, китайцев. Меня, кстати, тоже принимали за кого угодно, но только не за нанайку. Прямо так подходили и спрашивали: «You made in Japan?». Я мотала головой. «Made in China? Korea?» Говорю «нет», а они удивляются. «Ай эм мэйд ин раша». Округляют глаза. Приходилось добавлять - «I’m small ethnical groupe. I’m nani».
БЕРЕЗ В ПАРИЖЕ НЕТ
Национальные ремесла пользовались в Париже повышенным спросом. Кафе «Занго», где, собственно, и проходили презентация Хабаровского края и мастер-класс Виктории Пассар, подвергалось массовым атакам со стороны парижских красоток. Новые, удивительной красоты и сложности изделия из бересты и рыбьей кожи вызвали у парижанок неподдельный интерес. Они спрашивали, можно ли это носить и можно ли это надевать, допустим, летом - что это такое? Вика рассказала, что, конечно, зря она не стала делать вещей на продажу - сережки там, брошки - вполне могла бы озолотиться. Берез-то французы не видели - у них ведь все каштаны вдоль бульваров, а про бересту и ее уникальные свойства в Париже и вовсе слыхом не слыхивали. Вика рассказала - и это было открытием даже для меня, что слои у бересты, различаясь по цвету, варьируются от фиолетового и лилового до темно-золотистого. Бересту с дерева снимают в июле, когда с березы течет сок. Это кропотливая и сложная работа, после которой ствол дерева полагается обмазать грязью. Считается, что так береза заживает быстрее. Слои с уже готового берестяного листа снимаются различной толщины - вплоть до нескольких миллиметров, в результате чего получается воздушная, ажурная, почти бумажная аппликация. Причем для работы используются только ножницы. Людмила Пассар, например, свои покупала в «Медтехнике» - специальные, для микрохирургических операций. У самой Вики ножницы, конечно, попроще. «Меня они не очень устраивают. Найду себе другие…» Успех мастер-класса был ошеломительным, а одна из работ Виктории - «Мудур, дракон с шестого неба, охраняющий древо жизни» - по просьбе организаторов выставки осталась в Париже.
ЛУВР, СОРБОННА И ФРАНЦУЗСКИЕ ВИНА
Аня, 65-летний доктор археологических наук, которая просила называть ее именно так и никак иначе, достала русской делегации по страшному блату билеты на винную ярмарку. Ярмарка-дегустация с тысячами винопроизводителей. Выбор - огромнейший. Глаза разбегаются. Помимо прочего, Анна взяла на себя и бесплатное консультирование: «Ну кто ж так пьет вино? Дайте ему сначала подышать… Потом медленно отпейте глоток, осторожно посмакуйте и… вылейте. Нам предстоит попробовать еще очень много-много вин». Аня знает толк в винах и говорила уверенно. Однако выливать шедевры французского виноделия рука у русских не поднялась, а потому после шестого бокала дегустация потеряла всяческий смысл - различия во вкусах попросту исчезли.
…А по Лувру ходили китайцы - то, что они китайцы, а не японцы, допустим, или корейцы, ребята определяли по обуви - у китайцев, говорят, очень плохая обувь… Подданные Поднебесной «ходили толпами» и создавали эффект массовости - к всемирно известной Моне Лизе, например, было не протолкнуться. Правда, французы говорят, что висит в Лувре далеко не оригинал, а очень качественная копия.
Аспирантки Сорбоннского университета Александра Лавренье и Вирджиния Ватэ устроили Вике семинар-интервью. Аудитория, даром, что французская, была подкована на все сто и вопросы задавала по делу - сорбоннские студенты спрашивали, есть ли на Амуре шаманы, интересовались сэвэнами и оберегами, насколько мы сами в них верим, национальными традициями, символикой…
«Мулен Руж», Галерея Лафайет, Монмартр, площадь Конкорд и, конечно же, Эйфелева башня - впечатлений от девятидневной поездки у Вики хватит на всю жизнь. Неправду говорят - увидеть Париж и умереть. По-русски, конечно, правильнее будет так - увидеть Париж и покорить его.
