Хозяйка дивной старины

Чем бы мы были без без художественного и краеведческого музеев, без цирка, филармонии и «Триады»? Серым и провинциальным городом, одним из многих на бескрайних просторах нашей родины, считает директор Дальневосточного художественного музея Валентина Запорожская

«Вообще Хабаровск довольно симпатичный городок: тротуарная плиточка, цветные старые здания. Молодежь здесь гуляет до утра, город ночью хорошо освещается. Еще в Хабаровске мне запомнилось много красной икры, китайцев и сотовых телефонов».

Замечательное определение нашей славной дальневосточной столицы оставила в Интернета одна командированная дама, стремившаяся на родину М.-Тролля и подарившая Хабаровску один день. И все равно интересно - пусть взгляд был небрежен, потому что дама не заметила ни одной из наших достопримечательностей.

В дни празднования юбилея пройти мимо Дальневосточного художественного музея было просто невозможно. Поверьте, он стоит того. Созданный в 1931 году на основе разнообразных поступлений из запасников Третьяковской галереи, Русского музея, Эрмитажа, Исторического музея, Музея изобразительных искусств им. Пушкина и других лучших отечественных собраний, художественный музей в Хабаровске всегда был центром культурной жизни города. В последнее время хабаровчан всколыхнула сенсация о том, что в недрах музея найдена картина Тициана «Ревекка у колодца». «На самом деле все ВСЕ перепутали», - говорит директор музея Валентина Александровна Запорожская, которую больше всего задело слово «нашли». Принадлежность картины кисти самого Тициана доказывалась десять лет, и даже не у нас, а в Италии. И только сейчас в музей пришли официальные документы, подтверждающие догадки именитых профессоров.

«А вы пишете «нашли»!» На самом деле наш дальневосточный музей - это огромная шкатулка, куда стоит заглядывать не только гостям города и студентам худграфа. Обратите внимание на фамилии - Айвазовский, Шишкин, Репин, Петров-Водкин, Левитан, Бенуа, Сомов, Васнецов, Врубель, Веронезе, Рубенс, Дюрер, Рембрандт, Калло. Из современных - Целков, Соколов, Яхнин. Все это находится в нашем музее - если на гордость сей факт на вдохновляет, то порадоваться за себя, любимых, можно от всей души. Потому что нам действительно повезло.

«ГОСУДАРСТВО БЕЗ КАРТИННОЙ ГАЛЕРЕИ ДЕРЕВНЕ ПОДОБНО»

«Музей - это визитная карточка края», - говорит Валентина Запорожская. - Ведь Эрмитаж стал таковым именно благодаря Екатерине Второй. Когда ее спрашивали, для чего собирается коллекция - ведь Россия и тогда была небогатой страной, а тут тратились большие деньги, она отвечала: «Государство без картинной галереи деревне подобно».

И правда, чем бы мы были без без художественного музея, без краеведческого, без цирка, филармонии и «Триады»? Серым и провинциальным городом, одним из многих на бескрайних просторах нашей родины, считает Валентина Александровна.

«Я очень горжусь своим музеем. Ведь после революции к художественным музеям вообще отношение было, мягко говоря, не совсем уважительное. Собирание картин считались занятием барским и оттого порицалось. Достаточно было Третьяковки, Русского музея, Эрмитажа.

Ну и посмотрите сегодня, как обстоит дело в стране. Нет хорошего музея в Магадане, в Якутии, в Амурской области, нет отдельного здания в Петропавловске - им выделили лишь этаж в торговом доме. Небольшой музей на Сахалине. Сейчас впервые за тридцать лет реконструируется картинная галерея в Приморье.

- То есть слава о том, что наш музей - лучший за Уралом, не преувеличена?

- Судите сами. У нас 12 тысяч картин. В музей поступали работы из Эрмитажа, образовав отдел западного европейского искусства, из музея изобразительных искусств, из Русского музея, Абрамцева, Шереметевского дворца. В свое время Илья Репин принял участие в комплектовании работ, уходящих на Дальний Восток. У нас есть великолепная коллекция, представляющая Дальневосточный регион. Мы приобретали эти работы в разное время, поэтому существует ретроспекция.

В год музей посещает 120 - 150 тысяч человек, это четвертая часть города. Сегодня с учетом материальной базы наш музей очень выигрышно выглядит на фоне Москвы и Санкт-Петербурга. У нас в крае годовой бюджет музея восемь-девять миллионов рублей.

Но есть одно печальное «но» - катастрофически не хватает места. Когда я пришла в художественный музей, он находился в двух зданиях - на Муравьева-Амурского, 15, где сейчас расположен детский эстетический центр, и на улице Фрунзе, где строится синагога. Естественно, ни о каких полноценных выставках и речи быть не могло, да и хранилось в музее всего три тысячи картин. В бывшем офицерском собрании работали профсоюзы. Они строили себе новое помещение, а это здание предполагалось отдать то ли под детский онкологический центр, то ли под какое-то еще учреждение. Между тем, из Москвы уже поступали предложения вернуть картины в большие музеи, а хабаровчанам остаться при своей дальневосточной коллекции. Мол, вам и этого хватит. И тогда Алексей Климентьевич Черный поддержал нашу идею с этим зданием, я ему за это благодарна.

За два года мы воссоздали дворец. Ведь музей и должен быть дворцом. Я сама участвовала в ремонте, поэтому знаю здесь все - от люстр до каждой рамочки. Кстати, люстры из горного хрусталя отливали в Китае по специальным чертежам, которые делал Владимир Евтушенко. Раньше некоторые возмущались по поводу бахил, но обратите внимание - мы сохранили полы в идеальном состоянии.

И все же места маловато. Из огромной коллекции нам удается разместить один, от силы два-три процента. Поэтому мы мечтаем о музее современного искусства - здании из стекла и бетона. Хорошо бы вынести из нынешнего музея библиотеку, фондохранилище, реставрационные мастерские, комнаты художников, а на освободившихся более чем 500 квадратных метров выставить русское классическое искусство, западно-европейское искусство и советское. Мы бы хотели, чтобы, как в Эрмитаже, построили амфитеатр, где бы проходили концерты, выступали артисты.

ПРИЗРАК ОФИЦЕРСКОГО СОБРАНИЯ

Здание, в котором сейчас находится художественный музей, было построено в 1884 году, и находилось там Офицерское собрание. Представьте себе - оркестр, балы, литературные чтения, музицирование при свечах, камин. Краевед Анатолий Жуков как-то рассказал работникам музея, что у Офицерского собрания была своя трагическая история - когда-то в его стенах застрелился молодой и блестящий военный. Была в этом замешана, наверное, женщина. И в начале 1992 года, когда музей переезжал в здание по улице Шевченко, там начались какие-то странные вещи. Милиционеры отказывались дежурить по ночам и спешно увольнялись. Кто-то слышал шаги, гулко отдававшие в пустых еще залах, кто-то пытался вытащить из-под кушетки свою испугавшуюся непонятно чего служебную собаку. А одному, севшему за ужин, привиделся неясный образ в белом, отразившийся в огромном старинном зеркале в конце коридора. Бедняга охранник даже ложку от страха выронил.

Валентина Александровна забеспокоилась. Вначале решили пригласить уфологов. Они здесь жили недели две и что-то исследовали. А потом обратились в епархию за помощью. Все произошло в очень узком кругу, когда в музее не было почти никого, кроме работников музея. Здание освятили, и буквально через три дня наступил покой.

- Валентина Александровна, а вы в Бога верите?

- Я вообще не понимаю тех, кто говорит, что он неверующий. Мы все в душе жили с Богом, хоть и считалось, что все - атеисты. Вера - это состояние души. Я крестилась еще до того, как все бросились в церковь, то есть до перестройки. И дети мои тоже крещеные.

- Расскажите, пожалуйста, немного о своей семье.

- Муж подводник. Сын Иван тоже военный. Закончил медицинский институт, семь лет работал в военном госпитале, стал врачом-инфекционистом. Сейчас он учится в Военно-медицинской академии им. Кирова в Санкт-Петербурге, живет с семьей в общежитии. Этот год - решающий. Он заканчивает академию, собирается защищать диссертацию.

- А сами вы хабаровчанка?

- Я дальневосточница. В Хабаровске живу давно. После окончания педагогического института меня отправили во Всесоюзный лагерь «Орленок». В то время очень популярны были такие лагеря - «Орленок», «Артек». Там умели направить способности в нужное русло. А я всегда любила организаторскую работу, но никогда не увлекалась карьерой. В школе была председателем дружины, затем председателем городского пионерского штаба. Меня избрали секретарем горкома в Советской Гавани, и я семь лет возглавляла отдел учащейся молодежи и пионеров. Была на хорошем счету в крайкоме. Вообще, я все время что-то создавала.

А потом мне предложили сделать музей истории молодежного движения. Я вспоминаю эти годы, как самые счастливые в своей жизни - энтузиазма было море. Мы создали музей, который был признан лучшим в истории молодежного движения в СССР. К нам приезжали отовсюду - из Грузии, из Молдавии, с Украины. Я проработала в музее пять лет, а затем меня пригласили возглавить художественный музей.

Это было в 1985 году. И вот вы сами видите, какова теперь наша коллекция. Это все останется в крае.

- Какие у вас любимые художники?

- Больше всего люблю русское искусство. Иногда, когда бывает тяжело на душе, захожу в зал икон, и, знаете, становится легче.

«Хабаровск - город относительно недавний, молодой даже по сравнению с Петербургом, но отпечаток старой русской, дореволюционной жизни тут сохранился во всем - в дверях и фасадах, ставнях на окнах, наделенных хитроумным шестереночным механизмом, выписанном, наверное, прямо из Парижа, лестницах в парке с их старомодными перилами. Жизнь здесь явно всегда текла очень лениво и безмятежно, да и то сказать, есть ли в мире где-нибудь еще более провинциальный, еще сильнее удаленный от столицы город? Но, несмотря на свою оторванность от центра, жить в Хабаровске всегда было приятно - об этом говорит то, как вольготно и с каким комфортом располагались здесь важные люди, какие крепкие дома они строили себе на главной улице. Что-то очень здоровое и основательное было в старой русской жизни; штормы и бури, сотрясавшие здание русской государственности в этом веке, разрушили и истребили это начало; но в далеком Хабаровске, законсервировавшем до какой-то степени свой изначальный жизненный уклад, сохранилась его частица, или по крайней мере его атмосфера». (Тарас Бурмистров «Записки из Поднебесной»)

Еще один взгляд из Интернета. Красиво, как в сказке. Или на старинной картине.

Подготовила
Марина Литвинова

Источник: Молодой Дальневосточник