Мадам, уже песни пропеты

Если бы мне, допустим, завтра исполнилось не столько лет, сколько не живут, а всего безмятежных двадцать, я бы первым делом пошла в магазин и купила себе художественно рваные джинсы. Потом я бы навестила парикмахерскую и заплела себе сто двадцать африканских косичек с керамическими бусинками. Чтобы было - зашибись. А вечером отправилась бы на дискотеку в “Рио”, или в “Метро”, или в любое другое место, где шумно празднуют Хэллоуин, и танцевала бы там до упаду.

А наутро выспалась бы и вернулась назад, в свое время и свой возраст, потому что они мне нравятся.

Снова стать молодой и всерьез начать жизнь сначала я согласилась бы разве что под угрозой немедленного расстрела. Честное слово - не знаю психологически более тяжелого и тревожного времени, чем молодость. Сама, конечно, написала “безмятежных двадцать”, но ведь это - штамп. На автомате выскочило. На самом деле сейчас я куда более безмятежна, чем 30 лет назад. И собственной молодости мне хватило, пожалуй, даже с избытком - со всеми ее заморочками, авантюрами и прибамбасами. Сыта, называется, по горло. Спасибо, больше не хочу.

Но этими тремя штуками жизнь меня, увы, обделила: африканскими косичками, рваными джинсами и Хэллоуином.

Косички тогда еще просто не вошли в моду. Про День Всех Святых никто слыхом не слыхивал.

А джинсы были слишком редкой и дорогой вещью, чтобы сознательно приводить их в негодность. И играли они роль не просто предмета одежды, а некоего символа. Знака элитарности, что ли. Во всяком случае, человек, который шел в джинсах по университету, как бы сообщал окружающим: я - не хухры-мухры. Я читаю Кафку, а не дурацкого Проскурина, танцую шейк, а не вальс, и курю “Филипп-Моррис” (по крайней мере, когда есть деньги). А деньги у меня иногда бывают. Хотя бы потому, что я - в фирменных джинсах.

На них копили целый год, а то и два. Конечно, настоящие “Ливайсы” или “Вранглеры” стоили на барахолке (других мест, где бы их продавали, не существовало в природе) 300 рублей. А стипендия была 40. Зарплата молодого специалиста - 150. Вот и считайте.

За джинсы тогда могли убить - запросто. Таких случаев я помню сколько угодно: подкарауливали счастливых обладателей заокеанских штанов в темном пустынном месте, били чем-нибудь тяжелым по башке и раздевали.

Поэтому в дорогой одежде мы старались в темное время суток не шляться. Оставались там, где застигла нас ночь, и цитировали утомленным хозяевам строки одного непризнанного гения, нашего друга: “Постелите мне на полу. Я в прихожей - диагональ…”

Хозяева, как правило, были гуманны.

Мои первые джинсы были японскими. Вполне симпатичными, голубенькими, из настоящей японской Японии. Но все же не “Вранглеры”, хоть я очень поначалу ими гордилась. У других ведь и того не было.

Но однажды я шла в своих джинсиках по Владивостоку, вся из себя такая гордая, а навстречу мне попалась компания “упакованных” молодых людей. Они внимательно осмотрели меня с головы до ног, а потом один сказал:

- Хорошая девочка, только штанишки так себе. Выкинь их на помойку.

После этого я начала копить деньги. Что мне совершенно не свойственно. Кстати, копила недолго, мне повезло - у друга моего мужа вдруг обнаружился какой-то одноклассник-моряк, который продал штаны фактически по себестоимости. За 100 рублей. Счастью моему не было предела.

Нынешним молодым этого не понять.

…Недавно вспоминали с одним человеком песни советских композиторов. “А у нас во дворе есть девчонка одна” и пр. Умилялись - какие были душевные песни. Не то что сейчас.

Но моя мама в молодости пела Вертинского: “Мадам, уже падают листья”. И все остальное того же автора. Поэтому улыбалась иронически, когда я слушала Кобзона. Видимо, сопли про мальчишек-девчонок ей казались примитивными.

Я думаю, пройдет еще лет 20 - 30, и все повторится. Нынешние молодые, которые будут уже совсем не молодыми, вспомнят чуть не со слезами на глазах - какое было в начале третьего тысячелетия прекрасное наивное время и под какие трогательные смешные песни они танцевали: “Я шоколадный заяц”, например. Или “Я буду честная ё твоя невеста”. И с нежностью посмотрят на свои старые фотографии - вот какая у меня была классная подержанная “японка” и какой крутой мобильник. (Не знаю точно, что считается сейчас у продвинутой молодежи знаками отличия.)

Но по сути - это будут все те же американские джинсы и вечная мадам с опавшими листьями. Для которой все песни пропеты.

Александра Николашина

Источник: Молодой Дальневосточник