В сетях прошла информация, что приморчане якобы грозятся забрать к себе нашу музейную черепаху. По праву собственности. Что за бред?
Действительно, повесили такой анонс. Информагентство “Восток-медиа” решило нас обрадовать очередной сенсацией. И выбрало для этого просто поэтический слог: мол, сколько можно бедной черепахе, которая мается на постаменте у Хабаровского краеведческого музея, жить в большом городе? Среди чужих людей… Пора бы ей вернуться на природу. И на свою историческую родину. В Уссурийск, стало быть. В пределах которого, стоит напомнить, в самом начале двадцатого века ее и обнаружили на раскопках.
Первая реакция: что за чушь? Кто бы вам ее отдал - это первое. Знать надо директора краеведческого Николая Рубана - за свое, музейное, он против любого посягателя крестовый поход начнет. И потом, а зачем вам, ребята, еще одна черепаха? У вас, в том же Уссурийске, и так стоит. Своя, собственная. Тоже каменная. Тоже реликвия. Тоже найденная на городище древнего народа чжурчженей, в вашем же дорогом Приморье.
Стала консультироваться со специалистами-краеведами. И все, так же, как и я, сочли это за сивый бред. Но при этом, развенчав один миф, рассказали мне подлинную историю о громком скандале с ее “похищением” академиком Окладниковым.
Начнем с того, что каменная черепаха появилась в Хабаровске приблизительно в 1901-1903 годах, путем не совсем обычным. Ее вначале попытались довезти до конечного пункта железной дорогой, а уже потом - по воде. Экспедиция наших ученых-краеведов, работая на раскопках “уссурийского” городища чжурчженей, наткнулась на остатки пантеона, который, как оказалось, был возведен в честь знаменитого полководца по имени Иссыккуй. Личности легендарной - знатно защищал восточные рубежи, отражая набеги китайцев. За его подвиги и был он удостоен посмертной славы - лежать в окружении скульптур, главная из которых и была та самая черепаха. Как символ вечной доблести и вечной жизни. Сохраняя на своей спине, где была выточена специальная стела, весь перечень знаменитых побед полководца.
Черепаха, прежде чем занять свое нынешнее место у музея, немало поперемещалась, начиная с набережной. Поначалу ее установили перед Николаевской публичной библиотекой, где сегодня размещается Приамурское географическое общество, затем стояла она и во дворе краеведческого, пока не перенесли ее к парадному входу.
Что чуть ее и не погубило. А история такая. В 1977 году в нашем городе готовились торжественно открыть гостиницу “Интурист”. Ожидался непривычный для того времени съезд зарубежных гостей и прочих иностранных туристов. И за идеологическую чистоту мероприятия отвечал тогдашний секретарь крайкома партии товарищ Латышев. Озирая в канун презентации отеля окрестности, он и приказал директору музея Лилии Степановне Григоровой, чтобы духу этой каменной дуры здесь не было. Отношения с Китаем у нас в ту пору были испорчены событиями на Даманском, понимать надо. “А чтобы духу не было, это - как?” Уберите. Спрячьте. Разбейте и закопайте. Но - чтобы не было.
В этот момент, на счастье черепашье и директора Григоровой, в Хабаровске находился академик Окладников. Здесь как раз проходила какая-то конференция представительная или симпозиум, музейная делегация втихаря его и отловила. Что посоветуете? Академик сказал: мы в моем Новосибирске как раз и создаем уникальный археологический музей под открытым небом, можем принять и вашу древность. Не насовсем, на временное экспонирование. А когда буря утихнет, вернется она домой.
Так и договорились. Погрузили и отправили. И на осиротевшее место у музея народ как-то внимания не обращал. До той поры, пока на тот самый праздник “Интуриста” знакомой дорогой не пробежал известный хабаровский фотохудожник Муравлев. Он был автором юбилейного фотоальбома, который уже вовсю набирался в Хабаровском книжном издательстве, к 60-летнему юбилею Октября. Ну а на титульной обложке его, как вы могли бы догадаться, красовалась опальная черепаха.
Но прикол в том, что альбом рецензировал и утверждал лично первый секретарь крайкома Черный. А никак не товарищ Латышев. Узнав причину исчезновения черепахи, Муравлев, поскольку был любимым фотографом Алексея Климентьевича, срочно вызвонил его в Москве. Тот как раз там то ли на съезде пребывал, то ли на пленуме ЦК. И доложил. Черный рассвирепел и дал команду искать платформу с черепахой по всему Транссибу. Ее и тормознули в районе Архары.
Ну, а по приезде первого в крайкоме начались разборки. Почуяв, что земля под ним горит, товарищ Латышев вызвал директора Григорову и ведущего сотрудника музея Анну Пономареву на ковер и угрозами взял с них “подписку” о неразглашении. А по городу пошла гулять мулька - о подлеце Окладникове, который осмелился посягнуть на нашу святыню, в ТОЗ хлынули письма возмущенной научной интеллигенции, рабочих и крестьянства…
